«Сердцем и разумом – в слове»

Оцените материал
(0 голосов)
Пётр Краснов с Валентином Распутиным Пётр Краснов с Валентином Распутиным

ВОПРОСЫ ПИСАТЕЛЮ ПЕТРУ КРАСНОВУ ЗАДАЁТ ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР ЖУРНАЛА «ГОСТИНЫЙ ДВОРЪ» НАТАЛЬЯ КОЖЕВНИКОВА:

Н.К. – Пётр, в преддверии 75-летия Победы в Великой Отечественной войне развернулась целенаправленная кампания по дискредитации Победы русского народа над фашизмом и в целом во Второй мировой войне, подвергнут сомнению и смысл всей войны. Да и некоторые российские либеральные критики утверждают, что война со стороны СССР была бессмысленной, а позиция западных стран, вставших на его сторону, – ошибочной.
Как ты думаешь, смогут ли внушить молодёжи (с людьми нашего с вами поколения этот номер не пройдёт) переиначенную историю?

П.К. – Убеждён, что с нашей молодёжью у них это не получится, хотя сбить с толку некоторые совсем уж бездумные головы они старались и всегда будут стараться. Генетическая, можно сказать, память народа нашего и его инстинкт самосохранения переборют всю эту ложь. Тем более, что память эта закреплена огромнейшим сводом документальных и художественных свидетельств, есть на что не только опереться, но и чем опровергнуть враждебные инсинуации. Правда, есть у нас уязвимая в этом плане молодёжная прослойка, страта – детки нашей так называемой «элиты», завсегдатаи светских тусовок, околокультурной богемы. Вот среди них западная пропаганда срабатывает – наряду с «агитацией» внутрисемейной, такой же большей частью прозападной… Вот на этих отпрысков надеяться в нынешних и будущих исторических испытаниях не приходится.

Н.К. – Два стихотворения – «Жди меня» К.Симонова и «Я убит подо Ржевом» А. Твардовского – произвели огромное впечатление на людей того времени, особенно участников Великой Отечественной войны. Их переписывали в блокноты, посылали в письмах на фронт, хранили в смертных медальонах. И если в первом стихотворении был эмоционально обозначен обычный человеческий (бытовой) смысл – жди, и я вернусь, то второе уже затрагивает глубинные вопросы жизни и смерти.
О чём, по твоему мнению, хотел сказать в нём читателям атеистической в то время страны автор?

П.К. – О небесной Руси-России, по сути, о единстве живых и павших в защите своего родного, кровного. И хоть и не сказано об этом в тексте стихотворения, но как бы подразумевается боевое братство всех погибших за Отечество, от Евпатия Коловрата и Пересвета до Александра Матросова.
Кстати, в Интернете уже пишут (информагенство Regnum, статья М.Александровой) о вышедшем недавно в прокат художественном фильме «Ржев». Судя по рецензии, опять зрителю не понять, почему и как эти незадачливые и неприглядные русские-советские смогли победить образцовых немецких-фашистских… Россиянский киноконвейер до сих пор заваливает врага горами наших трупов, а нас чернухой, гоняясь за «Оскарами» и поощрительными ухмылками забугорных продюсеров. Впрочем, повальная продажность этой киношной шатии-братии, в том числе и идейным предпочтениям «наших» олигархов, давно перестала удивлять.

Н.К. – Все мы знаем о героической обороне Севастополя во времена Л. Толстого, в годы Великой Отечественной войны. Сегодня говорят уже о третьей. «Крым наш» становится издевательским брендом русофобов всех мастей. Последние готовы сдать полуостров, издавна принадлежащий России, на котором пролили кровь сотни тысяч советских солдат, укрофашистам, США, Турции, кому угодно.
Твоё отношение к этому вопросу.

П.К. – Две прошлые обороны Севастополя в каком-то смысле подготовили эту третью, победную, и в этом тоже сказалась боевая преемственность в наших поколениях, героическая жертвенность его защитников не пропала даром, обернулась бескровной победой. А сдать то, что им уже никак не принадлежит, русофобы не могут, отсюда и запредельная злоба их. Так что «Крым наш» – это краденый бренд, который лучше всего говорит об их либерально-воровской сущности.

Н.К. – Главная геополитическая цель США и Евросоюза состоит в том, чтобы столкнуть между собой Россию и Украину. Ради этого они пойдут на всё, в том числе и на развязывание Третьей мировой войны. Неужели мир опять окажется перед катастрофой?

П.К. – Я не думаю, что цель США и Евросоюза именно такая, слишком уж неравновесны силы Украины и России, чтобы надеяться на это, да и результат их столкновения, скорее всего, окажется крайне невыгоден Западу, как и его украинским приспешникам. И ни на какую Третью мировую он из-за какой-то там «окраины» никогда не пойдёт – что ему, жить надоело, ядерной перестрелки не хватает? Он, конечно, весьма заинтересован в дальнейшем разделении Русского Мира на три государства, в существовании враждебной «Хазарии-2.0» у самых ворот нынешней России, в использовании этого рычага всяческого давления, но и только. Киевским политиканам теперь уж не вернуть Донбасс, границы там проведены большой кровью. А их «пять вариантов возвращения Крыма» – это уже даже не смешно…

Н.К. – Пётр, у тебя подрастает первый (дай Бог, не последний) внук. Он уже дитя ХХI века. Наверняка ты думаешь о его будущем. Ты сам родился в обыкновенной крестьянской семье, с ранних лет приучен был к тяжёлому крестьянскому труду, но и к получению знаний, чтению, что и привело тебя в итоге на писательскую стезю.
Что бы ты пожелал маленькому Артёму в жизни?

П.К. – Уметь учиться жизни в этом жёстком и несправедливом человеческом мире, не поддаваться иллюзиям, каких сейчас в нём какой-то дурной преизбыток. Видеть действительность такой, какая она есть, но блюсти в себе человеческое, оставаться человечным с ближними и дальними. И, конечно же, найти своё, хорошее дело в жизни, которое спасает от многих соблазнов и заблуждений. Хотелось бы, чтобы он стал вдумчивым читателем, но это уже мечта всех пишущих дедов-отцов.

Н.К. – К сожалению, в настоящее время в некоторых европейских странах открыто процветает культ однополых браков и гомосексуализма, отвергаются все вековые человеческие ценности.
Как уберечь от этого наших детей и внуков?

П.К. – Необходимо переработать и усилить имеющийся закон о запрете пропаганды нетрадиционных ориентаций не только среди детей, но и в обществе в целом. Если они, иносексуалы, ссылаются на права человека и говорят, что это личное дело каждого, то пусть оно и остаётся сугубо личным. А если они нагло лезут со своим якобы «личным» всем на глаза, устраивая гей-парады, всяческие эксцессы и проталкивая законы под себя, то это уже политика навязывания, открытой агрессии на фундаментальные человеческие установления, на легализацию извращений. Чем это грозит людям – об этом надо спросить Содом и Гоморру…

Н.К. – Состояние писательского сообщества сегодня вызывает в обществе если не досаду, то ухмылку. Раздрай между двумя писательскими Союзами, возникший ещё в начале 90-х годов, продолжается, хотя в идеологическом плане многие противоречия вроде бы сглажены. Для литераторов края это больная тема. Наша с тобой писательская организация ведёт курс на сближение членов обоих союзов – Союза писателей России и Союза российских писателей, создана даже Ассоциация писателей Оренбуржья. Но враждебность, бюрократизм и формализм в руководстве Союза писателей России по отношению к нам не только удивляют, но и настораживают.
В чём суть конфликта, по твоему мнению? Только ли в писательских амбициях, качестве произведений, или болезненности общества в целом?

П.К. – Ну, я бы не назвал это враждебностью, её нет, конечно, но вот формализма здесь действительно хватает. Наша профессиональная писательская организация признана и зарегистрирована государством, мы выполняем все уставные требования СП России. Но есть некое внеуставное, где-то в дебрях исполнительной власти, положение иметь в области/регионе лишь одну организацию СП России. Да, наша бывшая организация по ряду непреодолимых обстоятельств разделилась несколько лет назад надвое. Ну, так надо было решать эту проблему прежде всего на человеческом, личностном уровне, разобраться в ситуации, постараться найти некое компромиссное решение, мы же не чужие друг другу, десятки лет состояли в одной организации. Но этого со стороны московского руководства сделано не было, и формализм пока берёт верх… Сыграли тут свою незавидную роль и амбиции некоторых «членов», сама, ты права, болезненность нынешней социально-общественной среды, все следствия-последствия продолжающейся русской Смуты. Но мы успешно работаем в связке с областным Домом литераторов имени С.Т. Аксакова, более четверти века назад нами же созданным, издаём журнал «Гостиный Дворъ», где публикуются произведения желающих сотрудничать с нами авторов из всех трёх организаций. И благодарим за эту возможность спокойно работать областную администрацию, и надеемся, что эта противоестественная, по сути, организационная проблема в секретариате СП России будет со временем разрешена.

Н.К. – Многие СМИ пишут о том, что часть российской элиты, которая, спасая свои миллиарды, переехала на Запад, оказалась в положении изгоев. На многих заводят уголовные дела по поводу сомнительных капиталов, других вообще попросили «на выход»…
Иван Ильин, великий русский философ, написал о таких: «Люди без Родины становятся исторической пылью, блёклой осенней листвой, гонимой с места на место и втаптываемой чужеземцами в грязь».
Вернутся ли те, кто поумнее, дабы вложить свои деньги в экономику России? Или эта так называемая элита»» сделает всё, чтобы ввергнуть Россию в очередную Смуту?

П.К. – Я очень сомневаюсь, что вернутся, – по крайней мере, большинство из них; не для того они переезжали или убегали. Их «башли» (вернее, вывезенные-выведенные, а значит, уворованные у нас наши деньги) находятся там под жёстким и враждебным нам контролем, им не дадут сработать на нашу экономику. Вообще этим сказкам, что наши богатенькие прихватизаторы станут «локомотивами экономики», уже треть столетия… Это не те люди и отнюдь не с той мотивацией, мы на них за эти злосчастные десятилетия нагляделись. Только государство с выверенной стратегией, с патриотической командой специалистов высокого уровня могут вывести страну из того, мягко говоря, застоя, в котором находимся. Но мы видим резкий контраст между относительно успешной внешнеполитической деятельностью руководства и практически провальной внутриэкономической ситуацией, находящейся в ведении всё ещё гайдаровского, по своей сущности, правительства и прозападных либералов-монетаристов из Высшей школы экономики – которые за все эти годы «ничего не поняли и ничему не научились…» И потому продолжает оставаться опасность возврата в продажные, а для них «святые девяностые» – если эта либеральная верхушка вместе с тоскующей «приватизационной элитой» дорвётся до верховной власти.

Н.К. – Ты как-то сказал, что в русских людях, независимо от их социального положения, существует тяга к некоему идеалу, желанию высокого в жизни. Народ многое стал понимать и реагировать соответственно. Подтолкнёт ли это правящие круги России к необходимым переменам?

П.К. – Он и подталкивает власти все эти постсоветские годы к каким-никаким переменам – своим сопротивлением, протестом против бесчеловечных псевдолиберальных «реформ». Явным и неявным сопротивлением, постоянно идущим во всех областях-сферах нашей, мало сказать, тревожной жизни. Да, народ наш сейчас уже труднее стало обманывать, опыт этой Смуты дался нам нелегко, он теперь есть, но и на крайности протеста – типа «болотного майдана» – он идти не хочет, понимая, что «ломать – не строить, ума много не надо…» И, следует сказать, «кредит доверия» правительству по социологическим опросам сейчас как никогда низок.

Н.К. – В этом году исполняется 25 лет нашему журналу, в недавнем прошлом альманаху, «Гостиный Дворъ». Ты стоял у самых истоков его создания. Чем являлось и является сегодня для оренбуржцев это издание?

П.К. – Оно, во-первых, единственное и потому уникальное за всю историю Оренбуржья постоянное литературно-художественное издание, выходящее уже четверть века. Раньше если и выходили, то лишь единичные выпуски чисто литературных альманахов, таких, как «Степные огни», «Каменный Пояс», а в новое время «Башня». Во-вторых, наш альманах стал по своему охвату широкой панорамой всей культурной жизни края за это время. «Гостиный Дворъ» и задумывался изначально нами с Игорем Бехтеревым не как литературный только, но именно как издание, где могли бы «обрести голос» представители всех видов искусства, объединяющее под своей обложкой и в своих рубриках творческую интеллигенцию нашего края, историков и педагогов, искусствоведов и журналистов, всех, кому не безразлично необходимейшее дело культурного строительства. Чтобы узнать сейчас, скажем, что происходило в нашей культуре сорок-пятьдесят лет назад, надо идти в архив, получать допуск, ворошить пласты пожелтевших газет, вылавливая статьи и заметки об этом. А «Гостиный Дворъ» доступен в библиотеке любому читателю, и многие главные культурные события в нём, как правило, отражены, представлены. Впрочем, выход каждого номера его тоже является немаловажным событием, и надо отдать должное областной администрации, нашему министерству культуры и внешних связей, предоставивших возможность такого постоянного творческого общения и сотрудничества деятелей и художников всякого рода искусств, авторов и читателей. И, конечно же, нельзя переоценить роль журнала в воспитании нового поколения литераторов, эту задачу мы считаем одной из главных в работе нашей писательской организации. Я уж не говорю о такой необходимой общей просвещенческой деятельности, познавательности журнала, и очень жаль, что он до сих пор не попадает в школьные и прочие библиотеки образовательных учреждений области, а только в публичные.

Н.К. – Валентин Распутин, однажды похваливший «Гостиный Дворъ», как-то сказал: «Не отменяется, не отменится никогда тяжкая служба русского художника: «виждь и внемли».
Согласен ли ты с таким пониманием цели и смысла писательского труда?

П.К. – Согласен, конечно же, и Валентин Григорьевич не стал продолжать цитату из пушкинского «Пророка», поскольку она всем, к кому обращался он, известна с младости: «Глаголом жги сердца людей!..» Но ведь прежде, действительно, надо видеть и понимать происходящее, искать и находить если не истину, которая вряд ли подъёмна для человека, то правду времени, правду своего народа, а через него и всех, какие ни есть, людей. А это непрестанный и подчас мучительный труд души и разума, это и испытание твоих нравственных сил и умственных возможностей. И ещё ответственность за своё слово – непреходящая, пока тобой написанное читают, а значит, и судят о нём. Нет, при всех требованиях и обязанностях, предъявляемых ему нашим взыскательным читателем, русскому писателю не позавидуешь. И он не может быть «вместе с народом», как частенько пишут расторопные литературоведы и критики, потому что он неотъемлемая – и вперёдсмотрящая – часть его, народа.

Н.К. – Пётр, твоя новая книга, на днях выходящая из печати, называется «Сердцем и разумом — в Слове». И это понятно, ведь само наше слово, речь наша началась с Евангелия, с азбуки свв. Кирилла и Мефодия... Но что побуждает тебя браться за перо сегодня? Желание исследовать мир души своего героя или своей собственной? Но будешь ли ты уверен, что нынешний читатель прочитает тебя и поймёт? Литературный бизнес давно отторгает, как мало востребованное, всё, что требует мыслительных и душевных усилий...

П.К. – Сначала о книге. Она публицистическая, и первый раздел её составляют мои выступления-доклады на ежегодных Международных писательских встречах в Ясной Поляне, начавшихся ещё в 1998 году. Они посвящены идейно-художественному наследию Льва Николаевича Толстого, современному прочтению и осмыслению его. Во второй раздел вошли мои последнего времени статьи по злободневным вопросам и проблемам как истории, так и нынешней жизни нашей. Лейтмотивом книги я взял слова самого Льва Николаевича: «А без волнения наше писательское дело нейдёт…»
Вот это «волнение», умосердечное переживание действительности нашей, мягко сказать, незадачливой и заставляет, как ты говоришь, браться за перо. И здесь мир души героя и души своей разделить порою чётко не удаётся, немало вкладываешь и от своей, и только это придаёт достоверности, искренности его, героя, переживаниям в художественной прозе. И это же, кстати, является некоей всё же «гарантией», что найдётся и собрат-читатель, думающий и чувствующий близко к твоему. Да, многие читатели сегодня пошли на поводу у чтива, невольно поддерживая «литературный бизнес» всех и всяческих борзописцев. Но есть и настоящий читатель, какого не проведёшь на окололитературной мякине, который ищет в книгах серьёзных ответов на свои серьёзные вопросы. И, в каком-то смысле, мы вместе их ищем, вместе пытаемся понять суть времени, суть происходящих событий. В хорошей, добротной прозе и поэзии всегда есть ощущение «негласного» разговора автора с читателем, диалога, и на этом и держится истинная литература, этим и сильна.

Краснов Петр

Пётр Николаевич Краснов родился в 1950 году в селе Ратчине Шарлыкского района Оренбургской области. После учёбы в Оренбургском сельскохозяйственном институте работал агрономом, сотрудником многотиражной газеты. Окончил Высшие литературные курсы. Его книги «Сашкино поле», «На грани», «Подёнки ночи» и другие хорошо известны не только в России, но и за рубежом, переведены на многие европейские языки. Секретарь правления Союза писателей России, председатель правления Оренбургской писательской организации, лауреат Всесоюзной премии им. М. Горького за лучшую первую книгу, всероссийских литературных премий им. И. Бунина, им. Александра Невского «России верные сыны», им. Мамина-Сибиряка, им. Льва Толстого «Ясная Поляна», Пушкинской премии «Капитанская дочка», областной премии «Оренбургская лира», премии имени Валериана Правдухина альманаха «Гостиный Двор» (2009). Награждён дипломом ЮНЕСКО за выдающийся вклад в мировую культуру. Живёт в Оренбурге.

Сайт: krasnow50.narod.ru/