Одуванчики во ржи

Оцените материал
(0 голосов)

                      * * *
К Денежкину Камню прижмусь щекой:
– Ну, давай рассказывай, как дела!
Пращура рукой пущена пращёй...
Снова траектория нас свела.

У кедровых шишек особый шик.
Смоляные чучелки вы мои!
Влипла так, что незачем тормошить,
Сок орехов досыта выдою.

Вдоль Бажовых сказов тропой пройду:
Кокованя где-то вот здесь живёт,
Ящерка заветная на виду,
И по крыше козлик копытцем бьёт.

Самоцветы детства несу в горстях –
Всё боюсь растратить их до поры.
И нет-нет, душа моя вновь в гостях,
Припозднившись, кается у горы.

                          * * *
Я своих воспоминаний стала пленницей.
Всё гляжу и наглядеться не могу:
И дрова всё так же сложены в поленницы,
И всё так же пацаны к реке бегут.
Так же сладко за рекою свищет славка,
Так же ворот у колодца скриповат.
Здесь всё детство я пробегала стремглавкой
Взад-вперёд, туда-сюда, вперёд-назад...
Мне ирга протянет руки над канавкой,
Ссыплет ягод разноцветных на развес,
Да облает в полный рост смешная шавка,
Проявляя неподдельный интерес.
Три журавлика над речкой утром ранним
Раскурлы-курлы-курлычутся по мне,
Да наморщится в окошечке с геранью
Бабка древняя, узнав и обомлев:
– Не Дубровиной ли Тоси будешь дочка?
Не узнать тебя! Давненько не была...
В деревеньку я вросла, выходит, прочно,
Если память обо мне не умерла...
Я своих воспоминаний стала пленницей.
Я у памяти той бабушки в долгу...
Значит, жизнь моя по-новому отмерится
Деревенькой той... на дальнем берегу.

                        * * *
Сколько в нас намешано кровей!..
Стоит только пристальней вглядеться
В лица окружающих людей:
Вот оно – вселенское соседство.
Разделить попробуй ДНК –
Ни за что не выйдет, хоть убейся!
Спаянные гены за века
Призывают нас к единству действий.
Мы едины общностью побед,
Верой в свет, добро и справедливость.
И ценнее этой веры нет,
Даже если время изменилось.

                       * * *
Бывает так, что вовсе не смешно...
Заплакать иногда бывает впору,
Когда лишь слякоть видишь за стеклом
И слабых выбираешь для опоры.

Душа гола, а голым – поясок
Потуже затянуть и в путь пуститься.
И жизнь стечёт водицею в песок,
Ни капли не оставив от амбиций...

                 * * *
Мамы нет и некому ругать,
Что домой я возвращаюсь поздно,
Если накрывает благодать
Зимней ночи ясной и морозной.

Запретить попробуй мне летать
И пришпилить к креслу взглядом грозным...
Мне ещё по силам сильной стать,
Чьей-то путеводной в небе звёздном.

Я ещё желаю помечтать
И порассуждать вполне серьёзно.
С чистого листа свою тетрадь
Наполнять поэзией и прозой.

                    * * *
Складываю стопочкой футболки.
Вешалки в рубашки наряжаю.
Вниз бегу с седьмого этажа я
Лестницей в блистательных осколках.

Просыпаюсь и соображаю:
Нет седьмого этажа в помине,
Лишь огонь, мятущийся в камине,
Да над ним латинские скрижали.

«Ты отделишь землю от огня и
Тонкое от грубого искусно».
Зимней ночью холодно и пусто.
И скрижали эти – не фигня ли?

Землю и огонь делить пыталась,
Тонкое и грубое тем паче...
В результате, мир переиначив,
На бобах принцессою осталась.

                * * *
Под звон монет
И дзиньканье бокалов
Как девушка сошла на «нет» –
Женою стала.

Под писк детей
И кухонные скрябы
И женщина пропала в ней –
Осталась баба.

Под грохот дней
И взрыв эмансипации
Как вид нет больше баб.
Есть лошадь нации.

                          * * *
Деревянная игрушка пахнет стружкой.
Деревянным душам веришь без опаски.
Деревянная игрушка, если нужно,
Оказаться может куклою прекрасной.

Деревянная игрушка Буратино –
Этот с носом оставлять умеет многих!
Буратино подарил вчера мне сына,
А сегодня виртуозно сделал ноги...

И качает деревянная кроватка
Буратиновую копию беспечно.
Эта копия ни в чём не виновата...
Виноват огонь, беснующийся в печке.

Раз полешко... два полешко... вечер длинный.
Язычки поскачут, и зайдётся треском
Заготовка для доверчивой Мальвины,
Не успевшая в доверие втереться.

У печи предназначение понятно.
А любви огонь сгущает только краски...
Проще сделать из игрушки деревянной
Нам языческого идола из сказки...

                    * * *
Было пасмурно, сыро, стыло,
Да вот бабочка-махаон
С неба ангелом пестрокрылым
Опустилась в мою ладонь
И, сложив два крыла в молитве,
Замерла. И молитве той
Заподскрипывала калитка,
Заподдакивал хмель витой.
Что просила она у Бога
За неделю до холодов?
Не в бессмертие ли дорогу?
Не Эдемовых ли садов?
Может, в крыльях перетирая
Летних дней золотой песок,
Сокрушалась, что чашу Грааля
Не родил ни один цветок.
Видно, тщетно взбивала воздух
Из настоя цветущих трав...
Что осталось? В куколки поздно
И с огнём позади игра...

             * * *
Одуванчики во ржи,
васильки, сурепка...
Русь исправно сторожит
поле наших предков.
Старый камень у межи –
трёх дорог разметка:
войны, Соловки, Кижи –
и дедкам, и деткам!

             * * *
                             М. И. Цветаевой
Узкие удочки. У двора
Лужи.
Только убоже моя нора
Уже.

Только слетается вороньё
Стаей.
Только заходится собачьё
Лаем.

Тут не покажешь – и так побьют
Норов.
Тут загоняют пять раз на дню
Сворой.

Только застряли внутри стихи
Комом.
Только замаливаю грехи
Словом.

Только и дела, что пережить
Лето.
Только и дела: в петлю и шаг
С табурета.

Хамидуллина Вера

Вера Петровна Хамидуллина родилась в г.  Краснотурьинске Свердловской области. Поэт, переводчик, издатель, автор семи поэтических сборников. Стихи и переводы публиковались в ряде газет и журналов Татарстана и России. Лауреат, призёр и дипломант международных конкурсов, награждена знаком «Золотое перо Руси». Член Союза российских писателей, Литфонда России, Союза писателей Республики Татарстан, Союза писателей XXI века. Живёт в г. Набережные Челны.

Другие материалы в этой категории: « Пластилин Немое кино »