• Главная

Зеркала

Оцените материал
(0 голосов)

МАМИНО

И всегда, всегда, когда
снаружи страшно,
Изнутри кто-то просится к маме
Еле слышно, слегка протяжно.
И ты будто бы смелый самый,
Потому что с тобой
Мама.
Изнутри.

Понимаешь, о чём я?
Совершенно неважно, сколько было игрушек,
Сколько сломанных кукол
своих и подружек,
Апельсинов, сладостей и
ватрушек
Было снаружи.
Внутри
Было мамино: «Кушай»,
«Не болтай ногами»,
«Доченька, послушай».
Позже мамино:
«Где ты?», «С кем?», «Сколько
можно шататься?»
Силуэт в окне, когда давно за
двенадцать,
Проповеди, нотации, от которых
самой же тошно,
И в конце: «Проходи
осторожно,
Чтобы не разбудить отца».
(А на самой нет лица).
Мамино: «Дочка, у тебя таких
ещё будет море», –
И всегда финальное: «Горе ты,
горе».
...
Я не повзрослею, ну так уж
вышло,
У меня внутри (временами)
Кто-то просится к маме.
Правда, он с годами всё
просится тише,
И я вместе с ним шевелю
губами.

   КОГДА-НИБУДЬ

Меня когда-нибудь будут
любить
Не так, как ты, а как я –
навзрыд,
Отбросив гордость и всякий
стыд.
Меня когда-нибудь будут
любить.
Он меня будет... не так, как ты –
Он не оставит меня одну,
Он не потянет меня ко дну.
Он будет рядом. Не так, как ты…
И я его... Жаль, не как тебя –
Уже впустить не смогу в свой
дом.
Он будет просто моим зонтом,
И я его... Жаль, не как тебя.
Меня когда-нибудь будут
любить.

  НЕЛЮБИМЫЕ

                  1.
Нелюбимого не хочется касаться –
Замирает в воздухе рука.
И не засыпать, не просыпаться
С ним не хочется. Не хочется
никак...
Нелюбимому легко сказать: «До
встречи»,
И легко о встрече позабыть.
Почему мы так бесчеловечны
К тем, кого не в силах
полюбить?

                2.
Ты смотрел, сощурившись от
дыма,
На моих дрожащих рук изломы.
И кольнуло мельком –
«нелюбима»,
Отравило болью незнакомой.
Ощущенье ближе к слову «в
клочья»,
Невозможно выдохнуть осколки.
Нелюбимые. Есть в этом что-то
волчье:
Голодны. Опасны. Одиноки.

ДРАМЫ

Скрестила руки на груди,
Сквозь зубы хрипло: «Уходи».
Стоять, не поднимая глаз,
Сминая крик,
И знать, что он уйдёт сейчас –
Вот в этот миг.
Ни словом, ни дрожащим жестом
Не выдать боль.
Реальность провалилась с треском,
И мне досталась в этой пьеске
Дрянная роль.
Я навсегда запомню сцену,
Когда лопатками о стену
Стекала вниз.
Я вслед глядеть тебе не стану –
Я ненавижу эти драмы,
Оставим, please.
Ты говорил, что я пустая,
Корнями в сердце прорастая.

СПИЦА

Это – как в позвоночнике
острая спица.
Я прошу тебя, хватит мне
сниться!
Всякий раз, собирая себя по
крупицам,
Засыпаю, чтоб снова разбиться.
Новый день – новой жизни
пустая страница.
И рука замирает над ней…
Я прошу тебя, хватит мне
сниться,
Просыпаться больней и больней.

Нам отмерено было – мы брали
без счёта
Безотчётно, бездумно, взахлёб.
Как в той песне: счастливые два
идиота,
Алкоголь, много секса и трёп.

А потом – в позвоночник та
самая спица,
И на выдохе имя замрёт.
И ты станешь шизеть, потому
что он снится
И зовёт, и зовёт, и зовёт…

              ПРОШЛОЕ

Маленькая девочка в комнате без стен
Вышивает прошлое нитями из вен.
Радостен и ясен этот странный плен,
Лишь мелькают кисти в области колен.
Временами слышатся чьи-то голоса.
Вдруг на миг уставшие оторвёт глаза
И опять усердно примется за труд,
Верно ей почудилось, что её зовут.
Тупится иголка, с пальцев – алый сок,
Девочка торопится уложиться в срок.
Бесподобен танец этих белых рук
В учащённом ритме под сердечный стук.
По ночам безветренным слышен волчий вой,
Скоро в эту комнату ввалятся толпой,
Будут издеваться, пить и хохотать,
Нежные запястья всё больней сжимать.
Но пока всё тихо – мир снаружи нем,
С головой укрылась от его проблем.
Маленькая девочка в комнате без стен
Вышивает прошлое нитями из вен.

                 ЭТЮД

Она сидела и слушала.
Он разливался реками,
Жонглировал фактами,
Фехтовал и насаживал.
Она сидела и слушала,
Он говорил и расхаживал.
То затихал до журчания,
То заходился в крещендо,
Крик доходил до отчаянья,
Вдруг наступало молчание –
Она сидела и слушала
В немом гипнозе момента.
В уме мелькали картинками
Их встречи сладкие, душные,
Кровати с жёсткими спинками
И поцелуи воздушные.
Она сидела и слушала
Уже чужая, ненужная,
Кивала часто рассеянно,
Ждала пощады, спасения.
А день прокуренный, Скомканный
Брал курс на скорый финал.
Она сидела и слушала.
-------------------------------------
Он выступал.

       ТАК И ЖИВЁМ

Так и живём –
У тебя друзья, у меня дом,
У тебя дела, у меня заботы.
Всё нормально. До рвоты.
Так и живём,
С кем-то чужим касаясь плечом.
Я ничья, ты ни о чём
И ни при чём.
Дни папиросками тянем,
Глотаем дым,
Пресную нежность шлифуем и
гнёзда вьём.
Только чужое было и будет
чужим.
Так и живём,
И ни жадности, и ни жалости –
Лишь усталости
Синяки,
Отголоски вчерашней радости
И беспомощной злой тоски.
Обесцвечены, будто выжжены,
Будто выпотрошены
Живьём.
Обезвожены, обездвижены…
Ты уверен, что мы живём?

           ЗЕРКАЛА

не завешивайте зеркал
не страшитесь тех кто ушёл.
если час мой и впрямь настал
это лучше чем хорошо
не завешивайте зеркал

не впускайте в мой дом чужих
это всё же не повод право
не читайте им этот стих
не поите гранёной отравой
не впускайте в мой дом чужих

не пугайте моё дитя
не слагайте ненужных басен
и не гладьте как вшивых котят
его взгляд так по-взрослому ясен
не пугайте моё дитя

не слюнявьте мои слова
ваши рты вам не служат верно
вы уловите смысл едва
от того мне тоскливо и скверно
не слюнявьте мои слова.

Сухарева Любовь

Любовь Викторовна Сухарева родилась в Оренбурге. Окончила Оренбургский областной колледж культуры и искусства (красный диплом). Печаталась в альманахе «Гостиный Двор», в сборнике «Истории вдохновений». С 2015 года – резидент поэтического сообщества «Другая среда».  Признана лучшим молодым поэтом на Межрегиональном семинаре­совещании «Мы выросли в России» (2017). Живёт в Оренбурге.

Последнее от Сухарева Любовь

Другие материалы в этой категории: « Стихи по кругу 2 ЛИТО Славянская натура »