• Главная

Имена

Оцените материал
(0 голосов)

Снег не летит – а льётся. И предметы
Намокшими белеют ворохами
И оседают, погружаясь в синь, –
Зима затеяла большую стирку.

Почуяв будущей весны приметы,
Она спешит распутаться с делами:
Соседний дом, аптека, магазин –
Всё валится и тонет в мыльной пене.

Распаренная, с полными плечами,
Зима полощет, отжимает... Вот –
В сугробе новом замечает дырку,
Глядит с досадой миг и с пущим рвеньем
На город снежные потоки льёт.

Но, наконец, готово. И с рассветом
Зима работе грандиозной рада.
А город тих. На бельевой верёвке
Покачиваются морские флаги –

Фасады, потемневшие от влаги.
И снег на иглах в дремлющей Сосновке
Стоит высокой кучевой громадой –
Предвестием неслыханного лета...

                 ***
Наедине. На глубине.
На безымянной остановке.
Моей в тебе. Твоей во мне…
Как осторожны и неловки,
Как немы первые слова!
…И лишь торопятся вглядеться
Не мы, а изумлённых два
Навстречу выпорхнувших сердца.

                   ***
Не касайся набухших почек,
Не тревожь.
Завтра вспыхнет зелёных строчек
Полуложь.
Золотистая дрожь, обманка,
Полусвет –
Дня немеющая изнанка:
Есть и нет.

                  ***
Трамвай остановился в гаме
И дребезге постылых улиц:
Жизнь раскатилась медяками...
Но Вы вошли – и оглянулись.

От солнца никуда не деться –
Мелькают слепнущие лица –
Глубокая секунда длится
И больно разжимает сердце.

И теснота грудного гула
Всё раскрывается, как купол,
И, свой проехав переулок,
Сижу беспомощно и глупо
И жду, когда на повороте,
Где город холоден и труден,
Не оглянувшись, Вы сойдёте
В качанье праздников и буден.

И жизнь ворвётся между нами,
И глубину заполнит жадно,
Где время странными путями
Вас поведёт теперь обратно.

                   ***

                                Нине Ягодинцевой

Любая рука, любые глаза и губы –
В них ветер, и шелест, и дождь.
Хоральной прелюдии нежные,
                         нежные трубы –
О том, чего ждёшь.

И каждая ветка, и каждая вешняя лужа,
И облако, облако в ней
Так тянет из сердца –
                 до неба и дальше, и глубже,
Туда, где больней.

И неизъяснимы и лица, и лужа, и ветка,
И так одиноки, любя,
Что кажется: эта тугая грудная клетка
Не сдержит тебя.

                 ***
Заснежена твоя клеёнка
На парапете у метро.
Промёрзло нищее добро –
Салфетки, вязанные тонко.

И руки дряхлые дрожат,
И снегопаду уступают,
И кружево не успевают
Отряхивать. А снегопад

Тебя молчаньем охватил,
Удерживая как младенца,
Как переполненное сердце
Истаивая до светил...

Он светом увлекает вверх –
И в тесноте его высокой
Стоишь фигуркой одинокой,
Уже отделена от всех.

Но каждый божий человек,
Невидимо идущий мимо,
Тебе знаком необъяснимо.
И так – превозмогая снег,

Со всеми в перекличке тайной
На этом голом пятачке –
Стоишь смиренно, налегке,
С беспомощным своим вязаньем.

Так – словно на недолгий срок
Во всезвучащем разговоре,
В его космическом узоре
Ты самый важный узелок.

   ЧИТАЯ ДАЛЯ
       триптих

– Шорох, стрепет, верезг, резкий свист!
Это в хлещущем, слепящем вихре –
Бабочки слетаются!.. Но лист
Словаря переверну – и стихли...

Лишь дрожит – и невесом, и груб,
И искрист, и нежен до мерцанья, –
Тонкий отзвук, мотылёк у губ,
Крылышка упругое касанье...

Смыслами полнится жаркая мгла.
Чёрная кровь омывает ладони.
Жизнь остановлена на перегоне,
В спящий плацкарт, за скорлупку стекла

Бездна глядит – неподвижен зрачок.
Пахнет полынь первобытно и горько.
Нет никого в диком космосе, только
Бабочки просверк – слепой огонёк...

                      …
Речь моя – таинственный оплот...
Как твоя мерцающая плоть
Прорастает сквозь мою – в гортани,
В глубине? В трепещущие ткани,
До тишайших клеток – сладких сот...

Речь моя! На чью беду – ответ –
Ты проснулась, солнечная сила?
Плоть и кровь, дыхание и свет –
И пространство два крыла раскрыло:

Покачнулся горизонт – лети!
Окрыляй воздушные потоки!
Оживляй неведомые строки.
Наполняй глубинные пути.

                    ***
Ветку тронь – качнёшь в пустоту
Майский двор, скамейку, фонарь.
Бедной жизни невмоготу
Вечности цветущий букварь.

Мучает неназванный сад.
Болью прорастает весна.
Силится вернуться назад
Кто-то – в имена.
Имена.

                 СЫНУ

Топлёным молоком в стакане
Короткий зимний день.
Твоей руке тепло в моём кармане,
И лень

Искать перчатки – так светло, румяно
И перламутрово вокруг.
О, это счастье без изъяна,
Мой друг!

Одним глотком до раннего заката
Его допьём.
Тебе шесть лет,
          мне тридцать семь. Из сада
Идём вдвоём.

***
                                  Е.Т.

Когда пишу кому-нибудь
«Ты» или «Вы», как прикасаюсь, –
Мне слово проникает в грудь
И раздвигает чёрный хаос
В густой крови.
И это – вдох
Из безвоздушного сиянья...

И я люблю.
И Слово – Бог.
И нет меж нами расстоянья...

                     ***
Земля сияет под ногами,
Незамечаемая нами,
Ты видишь это или нет?
Неизъяснимый Божий свет
На все вопросы листопада
Прозрачным делает ответ –
И нас уже почти что нет
В аллее вспыхнувшего сада...

                        ***
К руке твоей склоняюсь: там, под кожей –
Биение и свет.
И мир, сплетённый бережно и сложно,
Утешен и согрет.

И помнит всё. И беспечально дремлет
Меж завтра и вчера.
Солёная река – древнее древних –
Не знает переправ.

Воды не перейти: неодолимо
Разлитое внутри.
И дом на берегу, и годы – мимо.
И свет горит.

                            ***
Только зовом Твоим – никакого другого зова:
Ни пути, ни приюта, ни друга, ни нежного слова.
Только словом Твоим – никакого другого слова.
Только слогом Твоим, только отзвуком, только земного
Невозможного сердца голосом детским быть.

                     ***
Сквозь трещины в асфальте и песок,
Промытый августом до тихого свеченья,
Цветные камни, изумрудный мох –
Неслышно проступает воскресенье.

По руслам детских пересохших рек,
Где клады – синего стекла осколки,
Не огибая полустёртых вех,
Вневременье течёт без остановки.

Витражно-ярко первая листва,
До срока осветившая дороги,
Зрачков твоих дотронется едва,
И вспомнишь разом невозможно много –

До детского, до сокровенных крох –
И изнутри увидишь, как святыни:
Цветные камни, драгоценный мох
И туго свитый корень тополиный

             КРАСОТЕ

Они похожи
на экзотические цветы...
                      Р. Бротиган

Дари нечаянною лаской.
Распахивайся в духоте.
Живи во всех.
                Живи и властвуй –
Я покоряюсь красоте.

...И у витрин универмага,
В вечерней сутолоке ног –
Как экзотический цветок –
Уснувший уличный бродяга...

Тагорина Наталья

Наталья Васильевна Тагорина родилась в г. Коряжма Архангельской области. Окончила Санкт-Петербургский государственный университет. Поэт, член Союза писателей России, редактор сайта Ассоциации писателей Урала.
Печаталась в альманахах «Чаша круговая», «Направление мысли», «Кольчугинская осень». Лауреат конкурса «Стилисты добра» (2016). Живёт в Санкт-Петербурге.

Последнее от Тагорина Наталья

Другие материалы в этой категории: « Сердце России Мечта десантника »