• Главная

Правда

Оцените материал
(0 голосов)

РАССКАЗ

В самый разгар лета красивое и даже в чём-то величественное старинное здание районного суда было на ремонте. Фасад перекрывали строительные леса, на лесах вяло трудились несколько угрюмых рабочих, доведённых здешней тупой жарой сначала до отчаяния, а затем и до апатии. И не было им никакого дела до красивой миниатюрной женщины и спортивного вида мужчины средних лет, вышедших из больного здания вслед друг за другом, переглянувшихся и пошедших в совершенно разные стороны – одна налево, другой направо (или наоборот, это же как посмотреть). Да, строителям было абсолютно всё равно, что семья Счастливцевых всё-таки распалась…

***

Ведущий Павел многозначительно переглянулся с председателем жюри Маратом Владимировичем и гаркнул в микрофон во всю мощь своего поставленного голоса:
– Ну что ж, вот он – тот самый торжественный момент! Думаю, продлять интригу нет больше смысла, тем более что свои лидерские позиции эти участники сохраняли на протяжении всего конкурса! И снова слово жюри!
Публика притихла, Марат Владимирович тепло улыбнулся.
– Знаете что, Павел? – обратился он к ведущему. – Давайте произнесём фамилию победителей вместе!
Павел искренне обрадовался такому предложению.
– А давайте, Марат Владимирович!
– Три-четыре, – скомандовал председатель.
Следующие два слова Павел и Марат Владимирович произнесли так слаженно, как будто репетировали это самое произношение долго и упорно дома.
– Семья Счаст-лив-це-вых!
Публика заорала от радости за фаворитов с новой силой так, что заглушила слова Марата Владимировича о том, какой именно населённый пункт Приволжского края представляют победители. На сцену выбежала действительно весьма симпатичная семья из пяти человек: спортивного вида средних лет папа, красивая миниатюрная мама таких же средних лет, рослая уже модельной внешности двенадцатилетняя девочка и двое семилетних сорванцов совершенно одинаковых с лица.
Публика неистовствовала – народная любовь к этой известной в крае самой спортивной, самой творческой и самой социально активной семье была давней, крепкой и, видимо, абсолютно единогласной.
Аплодировали Счастливцевым и ведущий, и само жюри. Павел поднял руку с микрофоном вверх, публика замолкла, как по мановению волшебной палочки. «Вот оно – настоящее мастерство названного хозяина праздника, жаль, что на оплате это никак не скажется», – подумал ведущий и снова поднёс свой рабочий инструмент к губам.
– Для вручения победителям главного приза на нашу замечательную сцену я с удовольствием приглашаю министра социального развития Приволжского края Василису Ивановну Томину.
На этот раз публика зааплодировала уже не так искренне, скорее даже протокольно. Из первого ряда к трём образцово-показательным семьям чинно проследовала Василиса Ивановна и приняла из рук ведущего микрофон. На круглом, пожалуй, слишком накрашенном лице чиновницы стыла дежурная улыбка.
– Я сердечно приветствую всех участников, зрителей и, конечно, организаторов этого замечательного праздника, пропагандирующего спорт, творчество и семейные ценности, – начала свою, между прочим, полуимпровизированную речь министр. – Семья, здоровье и творчество, что может быть важнее? В наше непростое время падения нравственности и, прямо скажем, не очень хорошего отношения граждан к своему здоровью именно вот такие семьи своим живым примером показывают, как можно быть по-настоящему счастливыми друг с другом, занимаясь спортом, а не какими-то… – здесь чиновница почему-то сбилась, но уже через секунду продолжила. – Непонятными делами. Счастья и здоровья вам, дорогие наши победители!
Публика зааплодировала. Василиса Ивановна выдержала небольшую паузу и снова заговорила:
– Как справедливо уже заметил уважаемый Марат Владимирович, в этом конкурсе нет победителей и побеждённых. Вы уже победили, став крепкими, активными и спортивными семьями. Моя главная миссия сейчас – это вручить победителям, семье Счастливцевых, наш главный приз… ключи от автомобиля!
Под аплодисменты и улюлюканья публики, под фанфары и плохо скрываемые завистливые взгляды бронзовых и серебряных призёров красиво одетая студентка местного института искусств отдала ключи в руки чиновницы, та, крепко пожав руку главе семейства победителей, отдала главный приз всё-таки супруге.
И вот только после вручения главного из призов на победителей надели бутафорские золотые медали, вручили цветы, разве что только шампанским не облили. Финальные слова ведущего, которые он написал для себя сам, заглушили всё те же восторженные вопли болельщиков.
– Все публики так похожи – им бы только поорать, а по какому поводу уже не важно, – жаловался вечером дома молодой жене недоуслышанный профессиональный ведущий массовых мероприятий Павел.
Молодая жена кивала, хотя явно думала о чём-то другом.


***

Счастливые Счастливцевы с подарками, цветами и семейным счастьем наперевес ехали домой на только что выигранной белой «Ладе-Ларгус». Игривые близнецы радовали родителей своими непосредственными дурачествами, мама и папа то и дело бросали друг на друга влюблённые взгляды. И только старшая дочь Оля, казалось, была несколько в стороне от общего счастья. Впрочем, отстранённость девочки-девушки была только кажущейся, примерная дочь Оля безумно любила и ценила свою семью и втайне мечтала о женихе, похожем на папу…
А пара розовых наушников с надрывными откровениями Глеба Самойлова в юных Олиных молочно-белых ушах только помогали ей не сойти с ума от счастья.

***

Варвара была тем самым чеховским «кем-то с молоточком», который, как известно, должен стоять за дверью каждого мало-мальски счастливого человека. Замужняя, разведённая, затем снова замужняя и разведённая Варя была закрыта навсегда, правда, ещё не на нижний замок. «Больше ни-ни, разве что только разок в месяц с каким-нибудь козлом, для здоровья же надо», – говорила она каждую очередную встречу своей подруге – счастливой жене и матери Лене Счастливцевой. Кстати, когда в жизни молоденькой выпускницы медучилища Леночки появился парень по фамилии Счастливцев, Варя сразу сказала, что это не к добру. Но вот уже тринадцать лет безоблачного семейного счастья Лены не давали её верной подруге покоя...
– Уже тринадцать лет? – удивлялась Варя, прикуривая очередную сигарету. – Нехорошее число...
Лена только улыбалась и пожимала своими вечно юными и удивительно сексуальными плечами.
Когда принесли очередной мохито, Варя была уже в той кондиции, когда наставления пёрли из её замаранного мужскими обидами нутра сами собой и остановить этот поток уже не могла ни она сама, ни тем более лучшая подруга Лена.
– Тринадцать лет... – снова задумчиво протянула Варя, выпуская очередную порцию сигаретного дыма через свои не по-женски широкие ноздри.
Лена загадочно улыбалась и смотрела куда-то вверх, видимо, вспоминая самые лучшие из всех самых лучших моментов жизни, разделённой с самым лучшим мужчиной на свете.
– Всё равно Андрюха твой мутный какой-то, – не унималась Варвара.
Лена отвечала на это со спокойной, если не сказать, блаженной, улыбкой:
– Варь, мы с Андрюшей столько лет вместе, трое прекрасных детишек у нас, всё делаем вместе, никаких секретов друг от друга... Господи, да мы знаем друг друга как облупленных!
Варя ухмыльнулась и, минуя соломинку, отпила из фужера пару глотков лихого напитка.
– Никто ни про кого ничего не знает, подруга, – сказала она твёрдо и убедительно.
– Да ладно тебе, – отвечала Лена всё так же спокойно, правда, уже без улыбки.
Варя затушила сигарету и откинулась на спинку ресторанного дивана.
– Вот вы же годовщину совместного брака будете отмечать? – спросила она свою раздражающе спокойную подругу.
– Конечно, – оживилась Лена. – И каждый раз стараемся делать это как-то по-особенному.
Слегка пьяный взгляд Варвары становился всё более туманным и нахальным.
– Советую новшество тринадцатой годовщины, – сказала она Лене и нарочно замолчала.
Лена, конечно, предложением заинтересовалась; когда ей было что-то по-настоящему интересно, Ленины глаза становились особенно круглыми, влажными и блестящими.
– Ну, говори уже, что за привычка!
– Предложи ему обменяться правдами, – сказала Варвара.
– Какими правдами?
– Да хоть из далёкого прошлого, хоть из близкого, хоть из настоящего...
Лена нахмурилась и отрицательно покачала головой.
– Нет, – сказала она уверенно.
– Что «нет»?
– Нет у нас каких-то таких правд.
– Нет уж, Леночка, любые отношения, даже такие, тьфу, идеальные, как ваши, всегда весьма условны. Как там «Глюки» пели... «это просто такая игра – один говорит, другой ему верит...» – на одном дыхании выдала Варвара и уставилась на подругу, ожидая отрицательной реакции.

***

Отрицательной реакции не последовало, но некоторое сомнение в Ленину симпатичную голову все-таки закралось. Весь следующий после встречи с подругой день она провела в удивительных для самой себя раздумьях, типа: «а что если всё-таки есть какие-нибудь такие правды?». Счастливая жена и мать Лена честно пыталась избавиться от шальных мыслей, перебивая их догадками, какой сюрприз Андрюша приготовил на завтра. Да-да, совсем скоро ровно тринадцать лет исполнялось их общему с детьми, такому крепкому семейному счастью...
Стоп! Так ли оно крепко, если копнуть глубже и проверить состояние фундамента. Лена даже вздрогнула и выронила из рук тарелку. Звон расколовшейся посуды. «Ничего, это на счастье», – думала Лена, собирая осколки.

***

Сборы на деревню к бабушке и дедушке были в самом разгаре. Лена перепроверяла содержимое большой дорожной сумки, Андрей добривался в ванной, Оля по одному ловила близнецов, надевая на них по одной вещи за поимку.
– Андрюш, а можно я поведу? – крикнула Лена в сторону ванной комнаты.
– С детьми – нет, – последовал суровый мужской ответ.
– А потом?
Андрей ответил после паузы:
– Посмотрим.
Услышав это неоднозначное «посмотрим», Лена погрустнела, что тут же отразилось на её скорости копания в сумке – движения Лениных рук стали плавными и задумчивыми.
Вытирая своё чисто выбритое лицо, Андрей почуял что-то неладное и тут же направился в комнату, где находилась Лена. Муж и жена столкнулись в дверном проёме, Андрей тут же отобрал у Лены тяжёлую поклажу.
– Ты чего? – спросил он супругу, прячущую от него глаза.
– Ничего.
– Что такое-то?
– Просто.
– Да что случилось-то? – почти закричал Андрей, но тут же смягчился. – Пожалуйста, скажи, что не так… если что-то не так.
Лена подняла глаза на Андрея. И взгляд её был ну очень грустным.
– Чуть ли не в первый раз тебя такой вижу, – тихо пробормотал ошарашенный супруг.
Запыхавшаяся Оля вместе с окончательно одетыми близнецами наблюдала за родителями из коридора.
Лена вдруг хитро прищурилась и сказала:
– У меня вообще-то тоже есть права.
– Ах, вот в чем дело, – выдохнул Андрей.
– Ну, так я поведу? – перезадала принципиально важный для себя вопрос Лена.
– Нет, – спокойно отвечал Андрей. – Права у тебя есть, а опыт? Я же о вас забочусь, о вашей безопасности, – он прижал любимую жену к себе и погладил её по голове.
– Откуда появится опыт, если всё время «нет»? – слёзным голосом сказала Лена, уткнувшись в могучую Андрюшину грудь.
– Хорошо, хорошо. Отвезём детей, на обратном пути сядешь за руль.
Лена отпрянула от Андрея и посмотрела ему прямо в глаза.
– Правда?
Андрей кивнул.
– Мам, пап, – обратилась к родителям дочь Оля. – Поехали уже, а то сейчас я поведу.
– И мы! – почти хором закричали близнецы.
Андрей и Лена посмотрели на детей умилённо, одновременно улыбнулись и обнялись. Дети улыбались тоже.

***

Село Нижняя Воронка считалось пригородом, ехать туда от дома Счастливцевых было совсем недолго. Благоухающая новизной и отработанным бензином «Лада» под управлением Андрея ехала не больше восьмидесяти километров в час. Было к этому скоростному ограничению две причины: осторожность сидящего за рулём примерного семьянина Андрея и чрезмерная ухабистость объездной дороги.
Дети, как всегда, шумно, но мило веселились на заднем сиденье, а Лена, сидя на переднем, то и дело поглядывала на любимого мужа. «Все-таки он всегда прав, – думала она. –Как ему это удаётся? Действительно, чего это я? Права-то получила, но за руль не стремилась никогда. Сегодня-то что вдруг приспичило? Странный каприз. А он всегда прав, за это я его и люблю. И всегда буду любить». «Никогда не говори «всегда». «Что это? Откуда голос? Варвара, ты?»
В кармане настырно завибрировал мобильник, Лена достала трубку и посмотрела на экран – звонок был от Вари.
Андрей украдкой заглянул в смартфон жены. Увидев имя вызывающего абонента, он тяжело вздохнул и снова перевёл взгляд на дорогу.
– Да, Варь, – сказала прямо в трубку Лена.
– Здорова, – судя по голосу, Варвара была бодра и весела. – С праздником, что ли?
– С каким? – не поняла Лена.
– Ну здрасти-нате, у кого сегодня годовщина?
– А, да, спасибо.
– Что там с игрой в правду?
– Пока ничего.
– Что, реально нет никаких секретов?
– Ещё не спрашивала, сейчас детей отвезём...
Лена говорила как можно тише. Андрей бросил на жену подозрительный взгляд.
– А-а-а, ну как что узнаешь, сразу сообщайся.
– Хорошо.
– Да дай Бог, чтоб всё хорошо и было. Пока, подруга.
– Пока.
Лена попыталась как можно быстрее положить смартфон обратно в карман, но от волнения сделать это сразу у неё не получилось – трубка упала куда-то под сиденье.
– Кто звонил? – спросил Андрей.
Достав телефон, Лена села прямо и повернулась к пассажирскому окну.
– Да так, Варька.
– Чего хотела?
– С годовщиной нас поздравила.
– А, ну спасибо.
Андрей плавно затормозил, чтобы повернуть под облезлую вывеску с надписью Нижняя Воронка. До конца пути Лена, находясь в глубокой задумчивости, так и не посмотрела на своего любимого Андрея. Но верный супруг вряд ли это заметил, потому что внимательно следил за дорогой, ведь в машине помимо него находились жена и трое детей – семья – самое ценное, что было у него в жизни.

***

База отдыха «Ключи» была одной самых крутых в регионе. Никаких живительных, бьющих через край ключей на территории базы не было. Наверное, такое название природно-развлекательное предприятие получило из-за своего внушительного прайс-листа – ключи от здешних уютных деревянных домиков стоили очень дорого, при этом в очередь за ними надо было вставать за несколько месяцев до планируемого отдыха.
Андрею Счастливцеву удалось забронировать домик в «Ключах», благодаря его старому приятелю – сотруднику турбазы Александру, который также самым непосредственным образом должен был помочь ему в преподнесении сюрприза Лене Счастливцевой к тринадцатой годовщине со дня их с Андреем скромной и незабываемой свадьбы.
Когда заиграла мощная роковая мелодия, служащая сигналом вызова в мобильном телефоне, Александр сидел на берегу озера, принадлежащего «Ключам», и раскладывал водолазное снаряжение.
– Да, Андрюх, – ответил на звонок Саша. – Готово-готово. Да всё в лучшем виде будет, обижаешь. Ну ты, конечно, придумщик. Я бы не додумался. – Александр достал из сумки полиэтиленовый пакет с водой и плавающей в ней маленькой рыбкой самого что ни на есть золотого цвета.
– Только смотри, – продолжил он, глядя на пакет с живым содержимым, – если с Глашей что-нибудь случится, меня дочь убьёт на месте. Или в аквариум засунет вместо неё.
– Ты, главное, сам её не упусти, – практически снял с себя ответственность Андрей, который, разговаривая по мобильному телефону, стоял возле машины и нервно оглядывался по сторонам. – Ладно, всё, моя идёт, пока всё идёт по плану, давай.
Лена вышла из ворот родительского дома, щурясь от полуденного весеннего солнца. И только при хорошем естественном освещении Андрей замечал, что у его Солнышки лицо уже не восемнадцатилетней девочки… Но эти плечи... За такие плечи можно, пожалуй, любые морщинки простить.
Лена, загадочно улыбаясь, подошла прямо к водительской двери и уверенно взялась за её ручку.
– Да? – спросила она мужа.
– Ну, да, – пожал плечами Андрей.
Лена села за руль, Андрей рядом. Машина завелась и вроде бы тронулась, но тут же заглохла. Опять завелась и медленно, но на больших оборотах, поехала в сторону шоссе.

***

Александр надевал ласты, поглядывал на пакетик с Глашей и приговаривал:
– Ох, Андрюха, как придумаешь что. Если всё проканает, с тебя рыбка вяленая. С пивом. С хорошим.
Рыбка засуетилась, Саша посмотрел на неё с умилением.
– Да не волнуйся ты так, Глафира. Тебя мы вялить не будем. Правда.
Рыбка не сразу, но успокоилась, Александр положил мобильный телефон себе на колени и закурил.
– Всё. Ждём сигнала из центра.

***

Белая «Лада-Ларгус» осторожно свернула вправо сразу после соответствующего указателя с надписью «База отдыха «Ключи». На недавно асфальтированной дороге, ведущей прямо к главным воротам турбазы, Лена позволила себе перейти на четвертую передачу и крепко вцепилась в руль.
– Мы же на саму базу едем? – спросила Лена Андрея.
– Да, прям на саму, немного скорость сбавь, пожалуйста, – мягко, но твёрдо сказал Андрей.
– Значит, у тебя есть ключи от «Ключей». Это же дорого очень. Что мы здесь будем делать?
– А вот это уже секрет, – многозначительно протянул Андрей и посмотрел на спидометр – стрелка прибора после его осторожной просьбы не упала ни на миллиметр.
– Ненавижу секреты, – сказала Лена, сморщив нос, и прибавила газу.
Андрей вжался в сиденье и до самых «Ключей» не произнес больше ни слова. Он думал. Думал и не понимал. С его женой последнее время определённо что-то творилось. Еще никогда Лена не делала ему что-то на зло. И слово «ненавижу» он от неё никогда раньше не слышал ни в каких контекстах. Легкий неадекват, капризы какие-то. С ней что-то такое было во время первой беременности. Вторая была просто тяжёлой. Но они выдержали и родили двух практических здоровых пацанов. Андрей мечтал о сыне, а тут целых два! И вроде все хорошо, да так, что даже не верится.

***

Ближе к вечеру Андрей и Лена прогулочным шагом догуляли до залитого пятичасовым солнцем крутого берега довольно широкого и чистого озера.
Лена, придерживая от ветра нижнюю часть своего сверхлёгкого небесного голубого платья, окинула пристальным взором всю видимую часть живописной озёрной набережной.
– Сюрприз будет здесь? – игриво спросила она мужа.
– Да, – с загадочным спокойствием отвечал Андрей, раскладывая рыболовные снасти. – Мы будем ловить рыбку… рыбу.
Лена смутилась. С одной стороны, она понимала, что Андрей, скорее всего, придумал что-то оригинальное, выходящее из ряда вон; с другой стороны, рыбалка никогда не была страстью ни Андрея, нитем более самой Лены.
Лена сняла тёмные очки, чтобы без посредников насладиться видом искрящейся, чистой озерной воды. «Интересно, – подумала она, – много ли здесь рыбы и какой, я ведь ничего в этом не понимаю». В следующую секунду Лена обратила внимание, что Андрей отошёл в сторону с мобильным телефоном в руках. «Вот оно!».Варя, заткнись. Лена терпеливо подождала, пока Андрей допишет адресованное неведомо кому сообщение.
– Ну что, за дело, – Андрей протянул Лене удочку поменьше.
Лена приняла рыболовный инвентарь без особого энтузиазма.
– Кто пишет? – спросила она как бы невзначай.
Андрей нервно отмахнулся.
– Да так, по работе, везде достанут.

***

Александр уже успел задремать, когда раздался звонкий сигнал его мобильника, оповещающий о приходе нового СМС-сообщения. Саша тут же принял сидячее положение, посмотрел сначала на экран телефона, затем на пакет с золотой рыбкой.
– Ну что, Глафира, на выплав, – сказал он ничего не подозревающей рыбке.
Через мгновение на лице Александра красовались очки для подводного плавания и полумаска с гибким шлангом, идущим от баллона с кислородом.

***

Звонко и ненавязчиво пели птицы, шумели деревья. Андрей и Лена сидели на крутом берегу озера с запущенными в воду удочками. Андрей выжидающе смотрел то на поплавок удочки, находящейся в нежных и родных руках жены, то на Лену. Глаза любимой закрывали темные очки, а следовательно, не было никакой возможности понять, нравится ей то, что сейчас происходит, или нет.
То, что происходило, Лене не нравилось. Сидеть и ждать чего-то никак не соотносилось с её достаточно бурным темпераментом. В напечённую солнцем голову Лены то и дело заглядывали странные, если не сказать страшные, мысли. Кто ж ему писал пять минут назад? Что это за дурацкая рыбалка? Не романтический ужин, не записанная в профессиональной студии песня собственного сочинения, а рыбалка… Чтобы отвлечься от нехороших размышлений, Лена прислушивалась к пению птиц. Помогало, но ненадолго.
Тут у самой Лены завибрировал мобильник, Андрей нервно дернулся, Лена посмотрела на только что пришедшую эсэмэску от Варвары: «Ну?» «Гну», – грубо ответила Лена в печатной форме и отключила телефон.
В следующее мгновение поплавок Лениной удочки задёргался.
– Клюёт! – воскликнул Андрей, да так, что Лена поначалу вздрогнула и чуть не выронила удочку из рук. – Тяни!
Лена сконцентрировалась на удочке и потянула её на себя, удивляясь непонятно откуда взявшейся в ней рыболовной сноровке.
Взволнованный Андрей не удержался, бросил собственную удочку на землю и принялся помогать жене. Скоро в большой волосатой руке Андрея билась самая настоящая золотая рыбка по имени Глафира. Муж протянул драгоценную «добычу» жене.
– Золотая, понимаешь?
– Но как? – сымитировала удивление Лена. – Самая настоящая?
– Ну конечно, – ответил Андрей и запустил Глашу в ведро с водой.
«Как я сразу не догадалась, – подумала Лена, – и на слишком чистое ведро с фильтрованной водой внимания не обратила. Стоп! Он же сейчас скажет, что можно загадать желание…»
– Думаю, рыбка в такой день не откажет тебе в исполнении желания, – сказал Андрей.
– Я? – еле слышно протянула Лена и задумалась.
«Вот сейчас самое время» –прошуршал в Лениной голове хрипловатый от табака голос лучшей подруги Варвары.
Лена сняла темные очки и строго посмотрела сначала на золотую рыбку, затем на Андрея, затем снова на рыбку.
– Солнышко, ну говори уже, чего хочешь? – Андрею не терпелось узнать, какую сумму денег и на что ему придётся потратить в ближайшее время. Главное, чтобы не очень большая сумма была. Но Лена ведь должна понимать... Главное, чтоб не больше пяти тысяч… ну семь… десять… максимум… пятнадцать…
– Я хочу, – заговорила Лена каким-то слишком низким для себя голосом, – чтобы ты сказал мне какую-нибудь правду.
– Что? – переспросил Андрей, хотя и так всё прекрасно слышал.
– Желание моё такое, золотая рыбка, – говорила Лена, пристально глядя на мужа. – Пусть муж в чём-нибудь признается мне сейчас. В чём-нибудь таком… что касается нас обоих.
Андрей сглотнул подступивший к горлу ком. Что она имеет в виду? Ну ладно, пусть даже двадцатка выйдет…
– Моё желание сегодня исполнится? – наседала то ли на рыбку, то ли на супруга непохожая на саму себя Лена.
– Какую правду? - сдавленным голосом переспросил Андрей.
– Любую.
– Это твоё желание?
– Да.
– Рыбка может исполнить только одно желание…
– Да.
Обычно мужественный, решительный, уверенный в себе Андрей на этот раз по-настоящему растерялся. С одной стороны, желание супруги, каким бы оно ни было, – закон, он же сам придумал этот чёртов сюрприз. С другой стороны, о чём таком рассказывать? Как воровал конфеты в детстве? Как в подростковом возрасте подглядывал за старшей сестрой в ванной? Как в молодости пробовал гашиш курить? А может быть, рассказать об Ольге…
Лена встала, взяла ведро с золотой рыбкой и направилась к озеру.
– Ты что? – ещё больше забеспокоился Андрей.
– Если на счёт три так называемая золотая рыбка не исполнит моё желание, значит, она не золотая и, скорее всего, не съедобная. Я её выпущу обратно в озеро. Раз…
Сохнувшему на другом берегу озера Александру икнулось.
Андрей понимал, что Лена так и сделает. А может быть, и нет…
– Два…
Нет! Нет, лучше не рисковать. Про что рассказать-то? Что за дебильное желание? Андрей стал раздражаться: «Точно Варька надоумила. Дура!»
– Три…
– Хорошо-хорошо, слушай, – согласился пойти на правду Андрей, который за доли секунды довольно ясно представил себе друга Сашу, заточённого в аквариум вместо рыбки.
Лена поставила ведро на место, села рядом с Андреем и взяла его руку. Чего она ждала? Чего-нибудь неожиданного, но вместе с тем не очень страшного.
Андрей внутренне настроился на небольшой монолог-признание и посмотрел супруге прямо в глаза.
– Ты знаешь, – начал он издалека, – ты – моё счастье, а дети – наше счастье, всё так здорово складывается…
Лена положила свободную руку на ведро с рыбкой.
Андрей заторопился:
– Помнишь, как ты была беременна Олей?
– Конечно, такое как забудешь, – Лена, несмотря на внутренний трепет, старалась оставаться строгой и чушенепроницаемой. Ну хотя бы внешне.
– А помнишь, почему мы Олю назвали Олей?
Лена тут же вспомнила одну из постельных сцен обсуждения имени будущего ребенка, пол которого пока ещё оставался загадкой. Но уже тогда молодой муж почему-то был уверен, что будет девочка и настаивал на не то скандинавском, не то восточнославянском женском имени Ольга. Тогда Лене это не показалось странным, потому что Андрей рассказал о какой-то своей героической прабабушке, которую звали Ольга.
– Помню, ты так захотел, настаивал прям… – сказала Лена.
Андрей перевёл дух и продолжил:
– Так вот, у меня никогда не было прабабушки Оли.
– Вот как? – сердце Лены забилось сильнее. – И зачем ты её придумал?
– Я её придумал затем, чтобы назвать в честь неё дочь, но дочка наша названа так не в честь никогда не существовавшей прабабушки, то есть её прапрабабушки...
Лена отрицательно покачала головой.
– Не понимаю.
Андрей тяжело вздохнул и продолжил:
– Короче, правда в том, что получается, что мы... фактически назвали нашу дочку в честь моей первой любви. Вот такая правда сойдёт? Мы с Олей в школе в старших классах вместе учились, потом она в другой город уехала. Банально всё – отец военный. А я не мог её забыть, она же была у меня первой. Такое ведь не забывается, но я уже давно забыл, клянусь. Просто тебе какая-нибудь правда понадобилась. Твоё желание должно же было исполниться.
На этом Андрей решил замолчать и посмотрел в глаза жены ещё более пристально. Лена, совершенно не моргая, смотрела куда-то мимо него. «Что сейчас будет? – думал Андрей. – Столько лет прошло, может, ничего не будет?».
Золотая Глаша забулькала с новой силой, и Андрей, и Лена машинально, практически одновременно перевели на блестящее создание свои тяжёлые взгляды.
Александр, сидя на другом берегу озера, прикуривая сигарету, снова икнул.
– Да что ж такое-то, – буркнул он, выпуская изо рта струйку ядовитого дыма. – Не было печали, блин. – И опять икнул.

***

В самый разгар лета красивое и даже в чём-то величественное здание районного суда было на ремонте. Фасад перекрывали строительные леса, на лесах вяло трудились несколько угрюмых рабочих, доведённых здешней тупой жарой сначала до отчаяния, а затем и до апатии. Действительно, какое им было дело, что где-нибудь «в буре-мире взяли и выдумали войну»…
И уж точно совершенно никакого дела не было им до Лены и Андрея, вышедших из больного здания вслед друг за другом, переглянувшихся и пошедших в совершенно разные стороны – одна налево, другой направо (или наоборот, это же как посмотреть). Но сражённым пылающим солнцем и духотой ремонтникам не было никакого дела до того, что семья Счастливцевых всё-таки распалась…
Белая «Лада-Ларгус» стояла недалеко от суда. Внутри машины на заднем сиденье, прижавшись друг к другу, сидели Оля и двое её маленьких братьев, не на шутку напуганные всем, что происходило в последние полтора месяца маминых истерик и папиных попоек. Лена бухнулась на водительское место и громко хлопнула дверью.
– Всё? – робко спросила Оля.
– Всё, – сурово ответила мать и повернула ключ в замке зажигания.
Однако несколько попыток завести машину не увенчались успехом. Лена несколько раз ударила рукой по рулю, потом заплакала, а потом и вовсе заревела.
Дочь Оля попыталась было успокоить маму, но в ответ услышала одно только невероятно грубое: «Заткнись! Будешь получать паспорт, сменишь имя вообще!»
Мамин выпад по поводу смены имени Оля не поняла, ведь о том, какая рыбка вдруг проплыла между одинаково любимыми ею мамой и папой, она ничего не знала. Зачем ей теперь понадобилось менять имя, смышлёная девочка спрашивать пока что не стала.
Лена ещё раз ударила руками по рулю, вышла из машины, открыла багажник, достала оттуда монтировку и со всей своей женской силы принялась бить ею по машине. Страшные удары о металл, трескающиеся стёкла и разбивающиеся в прах фары издавали громкий тревожный шум на всю округу. Несколько угрюмых рабочих отвлеклись от работы, а один из прохожих принялся снимать избиение машины на телефон.
До Андрея, который уже успел свернуть за угол, кричащие звуки донеслись через несколько секунд после начала Лениной истерики. Сперва находящийся в подавленном состоянии Андрей не обратил на странные глухие удары и звон бьющегося стекла никакого внимания. Затем остановился, прислушался и не то чтобы понял, скорее, почувствовал, что ему нужно вернуться на парковку у здания суда, и как можно быстрее.
Обратно к бывшей жене и детям только что разведённый мужчина в самом расцвете лет побежал быстро и без оглядки. Андрей не смотрел ни назад, ни по сторонам, иначе он бы заметил сидящую на скамейке, вызывающе одетую Варвару, которая так надеялась, что уж на этот раз Андрей точно будет её…

Горынин Антон

Антон Валерьевич Горынин родился в 1986 году в городе Оренбурге. Окончил Оренбургский государственный педагогический университет. Автор прозаических и драматургических произведений. Пьесы неоднократно становились финалистами международных драматургических конкурсов. Лирическая комедия «Серая пьеса» вошла в очередной номер электронного «Дайджеста лучших пьес России». Победитель регионального литературного конкурса «Оренбургский край. XXI век - 2015» в номинации «Новые имена». Лучший прозаик по итогам Межрегионального семинара-совещания молодых писателей «Мы выросли в России» 2016 года. Автор двух книг, член Союза российских писателей.

Другие материалы в этой категории: « Это не любовь Степаныч »