• Главная

«Я научу вас мыслить...» (продолжение)

Оцените материал
(0 голосов)

СТЕНОГРАММЫ ЛЕКЦИЙ ЮРИЯ КУЗНЕЦОВА

Тема лекции:
БЕЗУМИЕ – ВЕЧНАЯ ТЕМА ПОЭЗИИ

XIX век силён вечными темами, воплощением их в поэзии. Сейчас нет вечных тем, всё политизировано, растаскано по мелочам. Человек – homo sapiens – человек разумный. Тема – безумие. Пословицы: «Каждый сходит с ума по-своему». «Когда Бог хочет наказать человека – лишает его разума».

В Евангелии, в 1 Послании святого Павла коринфянам сказано: «Ибо мудрость мира сего есть безумие перед Богом». Во 2-м Послании Павла – очень мудрые вещи.
Кассандра, в греческой мифологии дочь Приама и Якубы, патриотка Трои. Её любви домогался Аполлон, наделил её пророческим видением, а она его обманула. Тогда бог её покарал: люди перестали верить вещим словам. От Кассандры нить к лермонтовскому пророку – люди ему не верят.
В мировой поэзии два безумца: король Лир – сошёл с ума от неблагодарности дочерей и вероломства зятей. Две старшие дочери пели дифирамбы о своей любви к отцу, а Корнелия – «люблю, как велит долг», её посчитал неблагодарной, лишил наследства. А после две старшие выгнали его в ночь, в степь, в грозу. Все монологи Лира – безумие с прозрением одновременно. В конце умирает – потрясение человека неблагодарностью и злобой. Второй безумец – Дон Кихот. Достоевский писал, что если бы от человечества ничего не осталось, остался только «Дон Кихот» Сервантеса, то по этой книге узнали бы всё человечество. По жанру – это пародия на рыцарский роман. Одно из ключевых мест – вторая часть романа, когда Дон Кихота вернули, применив хитрость, околдовав. Он дома, обо всём рассуждает здраво. Разговор с цирюльником и священником, интересна реакция Дон Кихота на рассказ цирюльника о сумасшедшем. Есть в романе место, которое перекликается с античностью. При Трое, когда убили Ахилла – спор о доспехах, присудили не Аяксу, а Одиссею. Аякс возмутился и наказан безумием от Афины. Он стал рубить стадо быков, как Дон Кихот – овец.
Разновидности сумасшедших:
Юродивые (блаженные) – храм Василия Блаженного, обличал Ивана Грозного. Грозный боялся прикоснуться, так как у-Богий. (В арабском мире дервиши – в Турции, Персии, Средней Азии, Индии). Часто упоминаются в летописях. Жили при монастырях. Лишены разума (рацио), им открыто интуитивное знание Бога.
Последний пример начала века – «Фома Гордеев». Юрод кричит: «Кибитка потеряла колесо» – пророчество. Этим романом восторгался Джек Лондон, а Чехов написал: «черты провинциализма, надо жить в столице».
Одержимые (бесноватые). Бесы вселились, что сейчас наблюдаем. Евангелие от Марка гл.8, ст.28 – 32 – притча об одержимом бесами.
В «Бесах» Достоевского – больная Россия: «Это точь-в-точь, как Россия, бесы выходят из больного и входят в свиней – за века. Мы (бесы), изгнанные из России, бросились со скалы в море. Но больной исцелится и падёт у ног Иисусовых». По-гречески паранойя – безумие. У Гойи офорт: «Сон разума порождает чудовищ».
У Пушкина несколько персонажей, которые сходили с ума по сюжету, должны были сойти – это входило в художественную задачу: в «Пиковой даме» – Германн, в «Медном всаднике» – Евгений, последнего «схоронили ради Бога». Пушкин – полнокровный гений, уравновешенный, цельный, но в 1833 году пишет стихотворение «Не дай мне, Бог, сойти с ума».
Тютчев, стихотворение «Безумие». В русской литературе всегда безумие слито с природой. «Пророк» Пушкина – гений и безумный, затронуты небо и подземные воды.
Баратынский, «На смерть Гёте».
Герцен, «Доктор Крупов», выдвинул теорию, что все люди безумны. Самые главные мотивы – мания величия и мания преследования, которые часто смыкаются. (Манией величия поражены 90 процентов писателей в разной степени.) Доктор Крупов об убогом мальчике: когда уходил в лес – оживал, среди людей – безумен.
Гоголь, «Записки сумасшедшего». Гениальность Гоголя: когда Поприщев в конце попал в сумасшедший дом, вспомнил родной дом, матушку – выключен ум, работает чувство.
Лу Синь (20-е годы) в Китае. Любил Гоголя, в подражание «Запискам сумасшедшего» написал своё произведение «Подлинная история А-Кью»: собака странно глядит, люди странно шепчутся. Все 4 тысячи лет людоедство, люди пожирают друг друга. Трудяга, работает на подземных работах, его избивают, а он о своём мучителе – это мой старший брат, и весёлый идёт в кабак.
Сологуб, «Мелкий бес» – недотыкомка.
Гаршин, XIX век – «красный цветок – всё зло мира». В русской литературе всегда не просто так, а с идеей сумасшествие.
Беранже: «Честь безумцу, который навеет человечеству сон золотой».
Бодлер, «Семь стариков».
Апухтин, «Сумасшедший» – все оттенки сумасшествия.
Хлебников – поэт-сумасшедший, поэт для поэтов, наряду с безумием изумительно чистые строки. На грани сумасшедшего и юродивого. И притворялся, и на самом деле. Составил математические циклы: Лермонтов погиб в 1841 году, в 1941 – война, что-то ужасное предсказал в 1917 году – революция. Его сумасшествие пытался имитировать Заболоцкий, который был совершенно трезвым. Ничего не получилось. Прошёл три превращения. В конце пришёл к чистому слову.
Хармс и обериуты – игра, не сумасшествие. Ницше – выворачивал Евангельские истины – сошёл с ума. Декаданс создал «Эстетику безобразного», творчество навыворот.
Тема «Гений и безумие» – сложная тема, в ней есть и социологический аспект, надо рассматривать отношения с обществом.

Тема лекции:
СЛАВА

Слава – это слово. Слово первично относится к Богу. Пословица: «Мир людям на земле, слава Богу на небесах». Литургии, богослужение – обращение к Богу. Это слава.
Сапфо – VII век до н.э.:

Близ луны прекрасной тускнеют звёзды,
Покрывалом лик лучезарный кроют,
Чтоб она одна всей земле светила
Полною славой.

Слава как сияние.
В русском народе мало о славе сказано, это свидетельство того, что русский народ мало обращал на это внимание.
Бытовое снижение – молва, слух.
Надпись на стеле, посвящённая спартанцам:

Неугасающей славой покрыв дорогую Отчизну
...................
Но не умерли, Слава ввысь воспарив,
Вынесла их из Аидовой тьмы.

Слава – вечность, сиянием доблести победила «смерти чёрное облако». Слава в Греции – не только воинская доблесть. «Победителю на Олимпийских играх» – снижение, спускается на уровень молвы.
Полонский, «Троя»:

Ты зришь Илион, гремящий некогда славой
..............
Но в песнях Гомера всё я стою нерушимо,
Ведь у Эллады детей вечно я буду в устах.

Слово задержало навечно.
Эрини – крупный венгерский поэт, представитель барокко 1620 –1664 гг. Стихотворение «Время и слава»:

В мире не подчинено
Времени только одно,
Только одно перед ним,

Перед разящей косой,
Перед губящей красой
Не разлетится, как дым.

Только лишь слава одна,
Слава на свете вечна,
Трон её неколебим.

(Показал местоположение славы).
М.Обиц (1639 г.) «Погибшая Греция»: «Есть слава, счастья нет».
Римляне говорили: «Sic transit gloria mundi». Так проходит мирская слава.
Педро Кальдерон, XVII век: «Презрение к славе». Философ о великом Александре:

Не человек он разве?
Может ли сделать цветок простой?
И хвала, и величье, и слава –
Не превышают предела человеческой сути.

Ещё один тип славы – слава Герострата: 600 лет до нашей эры. Сжёг храм Артемиды в Эфесе в день рождения Александра Македонского. Несколько веков его имя запрещали упоминать, но после всплыло. Геростратова слава – прославиться любым способом.
Катулл. Говорит, как власть имеющий, владеет живым словом:

Что ж, бессмертным ты будешь! У Катулла
Отбивать ты осмелился подружку.

Русские пословицы:

«Богу хвала, а добрым людям – честь и слава».
«Слухом земля полнится».
«Добрая слава далеко ходит, а дурная – дальше».
«Грех – не беда, молва не хороша».
«Молва людская, что волна морская».
«Собака лает, ветер разносит».
«Деревня переехала поперёк мужика» (пластика образа).

Китс о славе:

Ты с ней простись учтиво – и рабой
Она пойдёт, быть может, за тобой!

Булгаков, «Мастер и Маргарита» – поэт Рюхин определяет славу: «Пушкину повезло».
Пушкин – много писал о славе. «Памятник» – вплотную к современности. «Разговор книгопродавца с поэтом».
Лермонтов: «Журналист, читатель и писатель», «Ангел»: «О Боге великом он пел, и хвала его непритворна была». О поэте: «Он даром славы не берёт».
Пушкин: «Блажен, кто молча был поэт, И терньем славы не увенчан».
Книгопродавец:

Что слава? – Яркая заплата
На ветхом рубище певца.
Нам нужно злато, злато, злато,
Копите злато до конца.

Понятие славы выродилось. Категория серьёзная, хотя присутствует презрение к славе, но в пределах человеческой сути кто это ощущает, тот – мудрец.
Тема Славы соприкасается с темой Памятника.
Гораций «К Мельпомене»:

Создал памятник я, бронзы литой прочней,
Царственных пирамид выше поднявшийся.
Считается, что Державин создал вольный перевод, но это традиция.
Я памятник себе воздвиг чудесный, вечный,
Металлов твёрже он и выше пирамид.
Ни вихрь его, ни гром не сломит быстротечный,
И времени полёт его не сокрушит.
Так! – весь я не умру; но часть меня большая,
От тлена убежав, по смерти станет жить,
И слава возрастёт моя, не увядая,
Доколь славянов род Вселенна будет чтить.

Пушкин убирает привязку к национальности, создаёт размах Вселенной – «Хоть один пиит».
Есенин, «Мой путь» (1925): «Пускай я умру – не ставьте памятник в Рязани!» Рубцов – шутливый отклик: «Мне поставят памятник на селе,   / Буду я и каменный навеселе». Смеляков «Памятник» – в художественном отношении слабо. Серьёзно говорит дикие вещи, не пародия.
Ахматова «Реквием»: «Муж в могиле, сын в тюрьме.  / Помолитесь обо мне». Плохо то, что в контексте Богородица. На Голгофе все смотрели на Христа, а на неё посмотреть не посмели – поэтическая загадка. Раз страдает, Мать Христа проецируется на Ахматову, но здесь не укрупнение, это не традиция Горация, а забота о личной славе. Всё разрушается. Проходит земная слава. Разговорное – «Слава Богу» –духовный упадок, суесловие.
Слава незыблема. Редко бывает при жизни. У Есенина, Горького – при жизни, у других – рекламная слава. Известность в малых слоях – не слава.

Тема лекции:
РОДИНА

Три слова родственных обозначают не одно и то же: Отечество – дух (Отец) и держава (империалистическая). Родина – мать (плоть), сторонушка родная. Отчизна – вроде отец, но женского рода.
В поэзии немецкой тему Родины двинули романтики, очень сильное патриотическое чувство:

Проснись, Германия,
Разбей свои оковы,
Чтоб разум и добро
Безумье одолели.

Многое совпадает с русским представлением о Родине, кроме свободы. В Европе свобода гражданская – это мелко. У нас – свобода выбора.

Отчизна, справедлив твой горестный упрёк,
Я – лодка малая, привязанная к судну,
Хочу иль не хочу, но следую за ним.
.............
Я смутно сознаю: я – дома, ты – во мне.

Англичане – большие патриоты. XVIII век в Англии – истинный патриотизм, после это понятие становится прибежищем негодяев, тех, кто надевает личину патриотизма. У нас Л.Толстой перевернул патриотизм ужасно, так что потом Троцкий вывел: «Патриот – это мерзость». В чём здесь дело?
Посмотрим на имперский патриотизм.
Киплинг (уроженец провинции, родился в колонии). Стихотворение «По праву рожденья»: «Над нами чужие светила, но в сердце свои бережём». В России этого не случилось. Русские всегда стыдливо говорили о Родине. Это отразилось в пословицах: «Чужая сторонушка нахвалом живёт, а наша хайкою стоит».(Одно из главных представлений – чужое хвалим). Квасной патриотизм – «Всяк кулик своё болото хвалит». Родимая сторона – мать, чужая – мачеха.
Родина, как бы не употреблялась, была Русь, родимая сторонушка. Это из глубоких времён. Раньше страна – сторона, (иностранец – с той стороны), а где же Родина-мать?
Лермонтов: «Люблю Отчизну я, но странною любовью». Странная и сторона – одинаково, смотрит как дворянин – сторонняя любовь. Странник – разрыв, трещина между дворянами и народом. С Петра I и после у дворян – чужая культура, заграница, народ сам по себе. В 1918 году вышла статья А. Блока «Интеллигенция и революция», где он сильно показал разрыв между народом и интеллигенцией.
Тютчев – опять странная любовь: «Умом Россию не понять, аршином общим не измерить» – взгляд со стороны. Есенин: «В своей стране я словно иностранец». Жемчужников «О Родине» 1884 г.:

Опять пустынно и убого,
Опять родимые места.
Опять унылая дорога,
И полосатая верста.
..............
О край ты мой! Что ж это значит,
Что никакой другой народ
Так не тоскует и не плачет,
Так дара жизни не клянёт?

Тютчев провёл много лет вдали от Родины – это его камень преткновения. «Но вот опять увиделся я с вами, места немилые, но всё-таки родные». «Не здесь, не этот край безлюдный». «Ах, и не в эту землю я вложил всё, чем я жил и чем я дорожил».
Однозначно нельзя сказать, сложно, но проскальзывает взгляд постороннего. Спасает космическое мышление. Природа – один корень с Родиной. Тютчев – гениальный дилетант. Попадается косноязычие (высокое). Жил в окружении немецкой речи, другой поэт сломался бы, а Тютчев за счёт космического мышления уцелел.
Взгляд со стороны начался с Чаадаева: «Мы, русские – вечные странники, бродим, пристанища нет». С Чаадаева русский человек только ругает и хает Родину. Разрыв продолжается до нынешнего дня. Блок, как посторонний: «Русь моя, жизнь моя, вместе ль нам маяться,/ Вольному сердцу на что твоя тьма?»
А. Белый то же: «Россия, куда мне бежать/ От голода, мора и пьянства.../ Рассейся, рассейся пространство». Бердяев писал об этом явлении: «В этом самоистреблении, исчезновении вообще чисто русское, направлено против самого дорогого в себе, против себя». У Блока отношения к Родине любовные, не как к матери: «О Русь моя, жена моя». В других стихах пишет о любимой женщине, переходит на образ Родины. У Фета тоже отношение не как к матери, а как к женщине: «Не видел жизни он,/Он на неё смотрел,/Она ему была/ Свободой, Правдою. Отчизной».
Некрасов:

Я дворянскому нашему роду
Блеска лирой моей не стяжал;
Я настолько же чуждым народу
Умираю, как жить начинал.

Есенин, уже атеист:

Если крикнет рать святая:
«Кинь ты Русь, живи в раю!»
Я скажу: «Не надо рая,
Дайте Родину мою!»

Современный поэт В. Луговской, «Дорога» 1926 г.:

Мне страшно назвать даже имя её –
Свирепое имя Родины.

Украинский поэт Павло Гирнык:

Будь проклята Отчизна,
Где сыны,
Склоняясь перед волею тирана,
Ведут на медный отклик старины
По лезвию слепого ятагана
Родную мать...

Если человек триедин, то у нас плоть – поражена, в душу залезли, разложение не коснулось духа. Есть закономерность: человек живёт малый отрезок времени, а ему кажется, что всё вертится вокруг него, отсюда предчувствия светопреставления, но потом всё выпрямляется. Мы преувеличиваем своё значение.
К. Леонтьев – большой эрудит, писал, что всё идёт на измельчание и в Европе, и в России. «Россию надо подморозить, чтобы не разлагалась».
Газета «Литературная Россия» подняла вопрос о снижении духовности в образе Родины. Ахматова: «эта страна» – отчуждённость. В пословице: «Белу телу всё равно, где истлевать, но хотелось бы ближе к родному пределу». Позже возникло фальшивое представление о «малой» родине. Это ложно. Т. Глушкова: «Родина в табакерке». Провинциализм, берёзки, «кулик своё болото хвалит». Это не было свойственно раньше. Русский везде обживался и не стонал о малой родине.
Понятие «русский человек» – духовное понятие. Это смешанный народ. Абхазцы. Образ Родины в стихотворении «Судьба»:

Пусть является страх воочью,
По отвесной скале поколений
Ты на цыпочках дальше иди!

Ф.Капиев (из Дагестана): «Я оглядываю чёрные руины некогда русской пропасти. Сама тишина звучит забвением. В горах – могила русского. Враг моих отцов. Я сам – сын гор, но всем существом – русский человек. «Спи спокойно». Национальная рознь разжигается искусственно.
В русском народе чувство Родины в спящем состоянии, просыпается в «минуты роковые». Было три великих этапа в мировой культуре: первый – античность; второй – Ренессанс; третий – русская литература XIX века.
Много русских пословиц об особенностях характера русских людей разных географических сторонушек, мест.
Пословицы: «О том кукушечка кукует, что своего гнезда нет». «И кости по Родине плачут». «С родной сторонки и ворона мила».
Грибоедов перефразировал Державина, у которого было «Отечества и дым нам сладок и приятен». У Грибоедова: «И дым Отечества...» – сузил объём. Чего не знаешь, туда и не тянет. «Чужбина слезам не верит», потом «Москва слезам не верит». «Город – царство, а деревня – рай». «Всякая сосна своему бору шумит, своему бору весть подаёт» – словно об эмиграции первой волны. «Земля русская – вся под Богом» – уже христианское представление.
Путник – кто в пути, странник – бродяга, странствует. Всё в стихах должно откликаться.
Чехов: «Студент» – огни в степи, на небе, почувствовал людей, проходивших до него, цепь сомкнулась.
Бунин:

Ягоды туманно-сини
На можжевельнике сухом.

Есть хорошее начало, но закончил изобразительно. У Данте – изобразительность символичная. Блок писал о Бунине: «ограниченное мировоззрение». Не нравился ему Толстой, так как он изображает эпическую поверхность. Достоевский изображает глубину сердца, поэтому ему не важна правдоподобность.
Аввакум: Земля русская – Божья, но за грехи отдана дьяволу.
Итальянцы: «Мы с детства привыкли считать Отечеством тот клочок земли, где стоит маленькая простая часовенка» – мировоззрение крестьян.
Сейчас в понимании людей разрыв страшный между Отечеством и Родиной. Державу захватили люди, ненавидящие Родину, и посылают на смерть за Родину (Чечня). Этим разрывом объясняется трагизм Гражданской войны: казаки бились только за сторонушку, за всю Родину не пошли. Если погибнет Родина, задавят и сторонушку. Это показал Шолохов в «Поднятой целине».
Пушкин: «Мой друг, Отчизне посвятим Души прекрасные порывы» – цельное видение.
Тютчев:

Эти бедные селенья,
Эта скудная природа –
Край родной долготерпенья,
Край ты русского народа!

Не поймёт и не заметит
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В наготе твоей смиренной.

Удручённый ношей крестной,
Всю тебя, земля родная,
В рабском виде царь небесный
Исходил, благословляя.

В другом стихотворении: «Опять она, родная сторона... Да только здесь могу я быть поэтом».
Козлов, «Вечный звон» (перевод, но вошёл в русское сознание): «Дом, где родился, где отчий дом». Глинка – сон русского на чужбине: «Вздохнул по стороне родной».
Вяземский: «Бесконечная Россия, словно вечность на земле./ Едешь, едешь, мне и вёрсты нипочём.../ голодает взор и слух». (У Есенина позже «только синь сосёт глаза»). Другое стихотворение: «Тройка мчится, тройка скачет» – позже стало песней. «Ты грусти этой не порочь и не злословь» – назидание от ума. На всех стихах Вяземского печать ума. Пушкин писал, что ум, рацио убивает живое: «Поэзия, прости Господи, должна быть немного глуповатой». Ум мертвит. «Бесы» Пушкина – вошло всё пространство русское и бесы. Достоевский считал, что в этом стихотворении вся Россия заложена, написал роман «Бесы»; эпиграф: «бесовщина, рождённая на невиданных пространствах». Позже – «Мелкий бес» Сологуба.
Пушкин: «Вновь я посетил тот уголок земли». Баратынский: «Я возвращуся к вам, домашние иконы». Сон Обломова – деревенька в городе снится, сторонушка. Одоевский: «Как сладок первый день среди полей Отчизны». А.К. Толстой: «Край ты мой родимый, Гой ты, Родина моя» – размах. У Вяземского это решено абстрактно: «Россия, словно вечность».
Тургенев – вид дороги из окна дилижанса:

Нехотя вспомнишь и время былое,
Вспомнишь и лица, давно позабытые.
Многое вспомнишь родное, далёкое,
Глядя задумчиво в небо широкое.

В раздумчивом речении национальная ленца, покой, и движение в дороге – чисто русское состояние, у другого народа нет. У степных, азиатских – другое, хотя тоже степь, приволье. Тургенев сумел передать генетическое выражение русского состояния покоя.
А. Майков «Яшман»: «Смерть в краю родном милей, чем слава на чужбине». Русский поэт пишет о своих врагах. Такое явление только в русской поэзии, Киплинг не написал бы. Николай Некрасов (1873): «Смолкли честные, доблестно павшие». Н. Языков «К ненашим» (1884 г. 6 декабря): «Русская земля от вас не примет просвещенья,/ И русский Бог ещё велик». (Обвинили в сумасшествии).
Русский Бог есть и в народных пословицах, основанных на языческом наследии. Русь – святая (православие) и «Русский Бог ещё велик».
Кольцов – народный поэт, ему не надо обращать внимания на патриотизм, это чувство в нём спит, у Сурикова, у Никитина нет такого обнажения своей любви к Родине. Дворянские поэты сначала вывели, как тему, любовь к Родине, потом это переросло в проблему.
У Макарова:

Однозвучно поёт колокольчик,
Столько грусти в напеве родном,
Что в груди моей хладно остылой
Загорается сердце огнём.

(Чисто русское чувство Родины, без всякого патриотизма).
Якубович – революционер-демократ:

Ярко небо стран далёких,
Но затмить оно не в силах.
Но милей в своих лохмотьях,
И слезах страна родная.

(Соединились любовь и разрушение).
И. Анненский «В дороге». Видит в основном крайности: природу, голод, нищету. Л. Толстой прочитал историю С. Соловьёва, записал замечания: «Что ж выходит? Из века в век князья режут друг друга, грабят церкви, казну. Кто же строил города, возводил церкви? Ничего не видно! Где народ? – нет в истории Соловьёва». Отрыв страшный, трещина расширилась, бездна. Начало трещины – Лермонтов: «Люблю Отчизну я, но странною любовью». Чужая сторона, родная сторонушка, а где мы? Гнездо: сторона, страна, пространство, сторонняя, посторонний, странник, странный. Здесь отстранённость и от заветных преданий и всего, но тянет его – «люблю». Это дворянское сознание оторванной от народа культуры. «Война и мир» – патриотический начин, но говорят по-французски.
Блок «Осенняя воля»: «Выхожу я в путь, открытый взорам». У всех интеллигентов – «скудная природа» – устойчивый эпитет. Это нам дорого обошлось. Есенинская «Москва кабацкая» – оттуда.
«На поле Куликовом» – «О Русь моя, жена моя». Бунин подвергал критике – это театральный цикл. 1908 г. «Опять, как в годы золотые» – дорога, пространство. «Невозможное возможно» – чисто русское, не поэтическое, а логическое. Интеллигенция и народ, поэзия умствования – много ошибок. Звучит в стихах у Блока. У А. Белого стихотворение 1908 года «Из окна вагона» – словесный уровень, красивость, поза, ложь, игра. «Русь»: «поля моей скудной земли». «Родине»: «Мать Россия, о родина злая, Кто же так подшутил над тобой?» (По чувству Родины ближе, чем у Блока).
М. Волошин 1917 г.: «С Россией кончено/Её мы проглядели, проболтали./ Замызгали на грязных площадях» (Иудин грех, на уровне интеллигенции, стихотворная публицистика).
О. Мандельштам 1917 г.: «Всё перепуталось, и сладко повторять: Россия, Лета, Лорелея» (космополит).
Эмигранты: Ходасевич – значительный поэт, чуждый по происхождению, не чисто русский, польская и еврейская кровь, с обострённым чувством отчуждения. Проникновенно написал:

Не матерью, но тульскою крестьянкой
Еленой Кузиной я вскормлен.
............
И вот Россия, громкая держава,
Её сосцы губами теребя,
Я высосал мучительное право
Тебя любить и проклинать тебя.

Вскормлен кормилицей. Эти комплексы дики для русского человека, но есть. Это русскоязычный вопрос.
Цветаева 1934 г.: «Тоска по Родине! Давно/ Разоблачённая морока!» – словеса, интеллигентское представление, но в конце сильный стилистический приём, всё умствование отметено: «Но если по дороге куст встаёт, особенно рябина».
Г. Иванов:

Хорошо, что нет царя,
Хорошо, что нет России,
Хорошо, что Бога нет.
...........
Что никто нам не поможет,
И не надо помогать.
(«Сосна веет своему бору» – пословица).
Что-то сбудется, что-то не сбудется.
Перемелется всё, позабудется…
Но останется эта вот, рыжая,
У заборной калитки трава.
…Если плещется где-то Нева,
Если к ней долетают слова –
Это вам говорю из Парижа я
То, что сам понимаю едва.

Стихотворение «Роману Гулю»:

Нет в России даже дорогих могил,
Может быть, и были — только я забыл.
.............
Ни границ не знаю, ни морей, ни рек.
Знаю — там остался русский человек.

Русский он по сердцу, русский по уму,
Если я с ним встречусь, я его пойму.

Сразу, с полуслова... И тогда начну
Различать в тумане и его страну.

В. Розанов в «Опавших листьях» писал: «Тот русский, кто будет плакать над обглоданным евреями остовом».
Б. Корнилов:

Айда, голубарь, пошевеливай, трогай,
...........
И нет ничего, и не сыщешь дороже
                             такому как я – дураку!

Ахматова: «Если в этой стране захотят поставить памятник мне». Н. Рубцов – тоже сторонушка: «Тихая моя Родина». «Россия, Русь, храни себя, храни!» – советский поэт, нет высшей категории обращения к Богу, обращается к самой Родине – это большое снижение. У эмигрантов: «Господи, спаси Россию». Большая и малая Родина, малая – сторонушка, большая – Отечество.

(Продолжение следует)

Гах Марина

Марина Владимировна Гах родилась в Ялте, окончила Ленинградский инженерно-строительный институт по специальности архитектор, Литературный институт им. А.М. Горького (семинар Ю. Кузнецова), кандидат филологических наук, член Союза писателей России. Публиковалась в журналах «Наш современник», «Возрождение» и др. Победитель конкурсов «Золотое перо», «Патриот России», им. Р. Рождественского, им. К. Симонова и др. Многодетная мама. Живёт в Москве.

Последнее от Гах Марина

Другие материалы в этой категории: « Соединяя кровное и евангельское О любви »